Как в 1957-м американский журналист просил Хрущёва пустить его в НАМИ, а КГБ раскрыл шпиона

fed5b1913daa98c4c3a43b9dc1dd5d8d

Чeм мoг привлeчь aмeриaнскoгo журнaлистa oтeчeствeнный НAМИ, скaзaть труднo – пoслe вoйны в институтe прaктичeски свeрнули кoнструктoрскую дeятeльнoсть, xoтя тaмoшниe инжeнeры успeли к нaчaлу 50-x гoдoв oтмeтиться пoдeлкaми в видe «Бeлки» Дoлмaтoвскoгo, кoтoрую рaзнeсли в пуx и прax нa зaсeдaнии тexничeскoгo сoвeтa, или пaрoвoгo грузoвикa, в бaзoвoй мoдификaции пoлучившeгo индeкс НAМИ-012 – нa 100 км пути eму трeбoвaлoсь oкoлo 400 кг дрoвишeк. Тexнoлoгичнo! 

В oстaльнoм жe НAМИ зaнимaлся испытaниeм oтeчeствeнныx aвтoмoбилeй, ужe дoвeдённыx дo кoнвeйeрa, и «скицирoвaл» зaрубeжныe кoнструкции, a пoпрoсту гoвoря, вoрoвaл иx. Прoцeсс этoт был пoстaвлeн нa пoтoк, причём нa сaмoм высoкoм гoсудaрствeннoм урoвнe. Втoрaя пoслeвoeннaя вoлнa «скицирoвaния» пришлaсь кaк рaз нa сeрeдину 50-x – лeтoм 1956 гoдa в НAМИ oкoлo двуx мeсяцeв дaжe дeйствoвaлa выстaвкa «чeстнo укрaдeннoгo» – микрoлитрaжки, лимузины, спoрткaры, грузoвики, aвтoбусы, мoтoры, мaтeриaлы oбшивки… Сaмoe извeстнoe из тoгo, чтo дoшлo дo кoнвeйeрa, – этo Fiat-500, прeврaтившийся в ЗAЗ-965, то есть в знакомого нам с детства «горбатого Запорожца». Правда, параллельно с НАМИ его тщательно изучали на Московском заводе малолитражных автомобилей, воплощая и осмысливая конструкцию в опытный «Москвич-444» .

«Скицирование» было хорошо тем, что им можно было заниматься совершенно открыто, ведь результаты этих «исследований» предназначались для внутреннего рынка, а те из немногих автомобилей, что шли на экспорт в то время – скажем, ГАЗ-69, не несли в своей конструкции узлов, по которым можно было получить патентную претензию, особенно на тех рынках, куда этот внедорожник отгружали. Едва ли не основной целью практически каждой командировки советских инженеров, будь то выезд на выставку или на завод, было выявление всего, что можно стырить, то есть, пардон, заимствовать, и те, кто выезжал, точно знали, куда смотреть.

Выставка в НАТИ летом 1956 года, открытая экспозиция

Так, в 1957 году на Женевский автосалон выехала делегация в составе Главного конструктора ГАЗа Борисова, Главного конструктора НАМИ Липгарта, Главного конструктора МЗМА Андронова, Главного конструктора по автобусам на ЗИЛе Киселёва и Главного конструктора ЯАЗа Малышева. Так сказать, лучшие люди! Отчитавшись о поездке коротенькой запиской, они приложили список необходимого к закупке. Среди прочего – несколько наименований легковых автомобилей: «Ситроен ДS-19, Воксхол Виктор, Форд-Зефир с автоматической трансмиссией, Остин Оксфорд с автоматическим выключением сцепления, Симка-Аронд с механизмом “Симкаматик”, Плимут, Форд с автоматической трансмиссией». Куда это пошло? Скажем, Citroen DS19, а, точнее, его гидропневматическую подвеску после испытаний и опять же скицирования, скрестили… с ульяновской «Буханкой»! Через несколько лет, в 1963 году, всё тот же НАМИ испытывал опытный автомобиль УАЗ-452Г, а позже гидропневматику смонтировали даже на «рафике»!…

Выставка в НАТИ летом 1956 года, открытая экспозиция

Справедливости ради отметим, что в 1957 году НАМИ всё же пытался заниматься оригинальными конструкторскими разработками, но опять же, не без оглядки на запад. В архиве того же Отдела машиностроения ЦК КПСС мы обнаружили животрепещущее письмо одиннадцати инженеров института: «К Вам обращается группа коммунистов, работающих в Специальном Конструкторском бюро №2 НАМИ. Наше бюро работает над созданием газотурбинного двигателя мощностью до 400 л.с., предназначенного для большегрузных автомобилей и тракторов». Авторы записки сообщают, что сразу же после окончания войны «большинство автомобильных концернов и многие фирмы» начали исследования ГТД, «особенно широко поставлены работы в этой области в США, Англии, Италии, ФРГ, Франции». «Значительный успех за границей в деле создания газотурбинных двигателей объясняется исключительно широтой размаха всей научно-исследовательской, конструкторско-экспериментальной и производственной деятельностью, не знающей серьёзных ограничений в необходимых средствах и мощностях»

С позиции общеизвестной на сегодняшний день информации это заявление выглядит несколько анекдотично, но тогда на фоне возможностей НАМИ заграничные работы действительно не знали таких серьёзных ограничений, с которыми сталкивались советские конструкторы! Короче говоря, авторы письма просили добавить им штатных единиц, расширить производственную базу и… увеличить оклады! «Глубоко переживая наши, ещё весьма недостаточные успехи в создании газотурбинных двигателей, чувствуя свою ответственность за общий ход и результаты всех работ, мы обращаемся к вам с просьбой серьёзно изучить поднятые нами вопросы и принять по ним соответствующее решение».

Ответная справка на письмо 11-ти конструкторов НАМИ «о недостаточном размахе проводимых работ по созданию ГТД малой мощности», сообщала: «Лаборатории этого бюро укомплектованы необходимыми приборами и оборудованием. Производственной базой является опытный завод НАМИ, который также располагает всем необходимым оборудованием, однако производственные мощности завода не используются из-за недостатка квалифицированных рабочих. В последнее время на завод принято большое количество молодых рабочих из числа окончивших ремесленные училища». Впрочем, к денежной просьбе всё же прислушались. Письмо инженеров СКБ№2 НАМИ было получено 11 февраля, и уже в марте оклады инженерно-технических работников были «увеличены примерно на 20%». В тот год на нескольких машиностроительных предприятиях СССР прошли самые настоящие забастовки, докладные записки по которым рассматривались в Центральном Комитете. Вероятно, «наверху» решили, что не хватает им только бастующих конструкторов НАМИ…

Возвращаемся к нашему американскому журналисту Дэвиду Скотту – чего же такого он хотел обнаружить в НАМИ – институте, который у сотрудников крупных советских заводов, мягко скажем, «не котировался»? Это так и осталось загадкой, но особисты не дремали!

На следующий день после телеграммы Скотта на имя Хрущёва, то есть 25 сентября, в ЦК КПСС пришла записка. В ней сообщалось, что, по данным КГБ, Дэвид Скотт прибыл в СССР не просто как турист, но ещё и на собственной машине. Оказалось, что этот «уроженец Нью-Йорка», проживающий в Лондоне, «поставляет» американским журналам «материалы, отрицательно характеризующие СССР и страны народной демократии», при этом в 1948 году Скотт якобы «проживал под видом корреспондента в Чехословакии, и в 1949 году было оттуда выдворен за разведывательную деятельность». После этого Скотт перебрался в Венгрию и во время событий в октябре-ноябре 1956 года, когда, напомним, СССР подавил танками антисоветское восстание, «занимался разведывательной деятельностью и связью между контрреволюционными организациями, за что был выслан из Венгрии». Далее, если верить составителям записки, вездесущий Скотт успел посетить Польшу, ГДР и осенью 1957 года въехать в СССР, будучи выявленным шпионом! Каким образом с такими «анкетными данными» гражданин США сумел просочиться через польско-советскую границу, когда каждым отдельно взятым иностранцем, желавшим в то время посетить СССР, занимались несколько «комитетчиков», остаётся загадкой. Кто недоглядел? В общем, мы видим, что и к этой записке тоже много вопросов.

Фрагмент письма, подготовленного с привлечением КГБ в ответ на телеграмму Скотта

Давайте предположим, что Дэвид Скотт получил разрешение посетить НАМИ. Вот он заходит, знакомится с нашими инженерами, ему делают экскурсию по лабораториям, показывают Завод опытных конструкций, затем – дружеский обед. И Скотт начинает расспрашивать наших инженеров, что да как. Наши, хлебнув воздуха свободы на закончившемся только месяц назад Фестивале молодёжи и студентов, начинают перебивая друг друга втолковывать живому русскоговорящему американцу про отставание от западных фирм, про «скицирование», про недостаток оборудования, про нехватку кадров и – самое страшное! – про низкие оклады. По возвращению Дэвид садится за пишущую машинку и начинает строчить статьи о победе социализма в отдельно взятом советском НИИ, то есть лить воду на мельницу проклятых империалистов.

Понятно, что чекистам такой подарочек и бесплатно не сдался, поэтому они сообщают Заместителю заведующего Отделом машиностроения ЦК КПСС В. Фролову, который и готовил записку по телеграмме Скотта с привлечением «органов», следующее: «Дэвид Скотт занимается разведывательной деятельностью и является вредным для нас человеком. В связи с этим мы считали бы целесообразным просьбу Дэвида Скотта оставить без ответа».

Перестраховались, как говорится, и ладно – от греха подальше. Правда, ещё остаётся очевидный вариант: гэбэшники просто взяли и сфабриковали всю эту историю. Ну так, шутки ради. Надо же показать, что ты занят защитой родины…

Комментарии и уведомления в настоящее время закрыты..

Комментарии закрыты.